Бенанданти / The Benandanti

Ходящие между мирами. Экстатические празднующие, что встают на пути злых духов и беспокойных мертвецов, защищая живых. Стрегони, отводящие беду и демоническое влияние. Все эти слухи окружают наследие, известное как Бенанданти (The Benandanti). Правда же ещё более странная.

Бенанданти, чьё имя означает «добрые ходоки», — наследие народных медиумов, зародившееся в итальянском регионе Фриули. Они верят, что каждый ребёнок, рождённый «в сорочке» — с амниотической оболочкой, натянутой на лицо, — обладает особой связью со смертью и предназначен стоять стражем на границе живых и мёртвых. На Бенанданти лежит долг сражаться со стрегони (stregoni) и маланданти (malandanti), «защищая урожай»: в аграрные времена это понималось буквально, сегодня — как долг оберегать людей. Необходимость противостоять маланданти внушается каждую ночь долгого ученичества, ведь если Бенанданти не справятся, мир, по их вере, ждут голод, смерть и страдания.

У наследия свой лексикон: новицио (novizio) — ученик, чьё обучение традиционно длится до двадцатилетия; сапиенца (sapienza) — тот, кто провёл для другого Снятие сорочки и взял его в ученики; Тлеющие недели (Ember Weeks) — четыре недели в году, когда Бенанданти собираются, чтобы делиться историями и знаниями; Экстазис (Ekstasis) — практика видеть загробный мир или входить в него в астральном теле.

Дети в сорочке рождаются крайне редко — примерно один на восемьдесят тысяч, — а современные родители не спешат отдавать младенцев таинственным благодетелям, желающим научить их охоте на призраков. Поэтому Бенанданти стоят на грани вымирания. Быть Бенанданти — значит наследовать традиции, уходящей вглубь веков, и знать, что твоё поколение может оказаться последним. Это лишь подпитывает отчаянную решимость, с которой они охотятся: Бенанданти хотят оставить мир безопаснее, чем застали.

Бенанданти вербуют прирождённых медиумов — людей, рождённых в сорочке. Многие работают в роддомах и родильных отделениях, высматривая потенциальных рекрутов; другие приглядывают за семьями, связанными с наследием, веря в (недоказанную) наследственную составляющую. Из без того редких «детей в сорочке» наследие находит лишь малую долю.

Найдя младенца, рождённого в сорочке, Бенанданти пытается провести Снятие сорочки (Unhooding) — простой ритуал, требующий лишь нескольких минут, самой сорочки, посвящаемого и успешной проверки Интеллект + Оккультизм со сложностью 2. В идеальном (по мнению Бенанданти) случае младенец становится новицио, а проведший ритуал — его сапиенцей, ответственной за обучение знаниям наследия и бою на мечах. Всё это попирает право человека на самоопределение, и наследие глушит подобные сомнения чувством долга: «мы должны сражаться с тьмой».

Бенанданти нашли лазейку, позволяющую посвящать и взрослых: сапиенца может провести Снятие сорочки с сохранённой сорочкой — в идеале собственной сорочкой рекрута, которую родители могли сберечь как талисман на удачу, но подойдёт и сорочка погибшего Бенанданти. Кандидату в сапиенцы полагается проверить факт рождения в сорочке по медицинским записям или расспросив мать, но из-за тающей численности наследия некоторые идут на риск без проверки.

Снятие сорочки обрушивает на посвящаемого вереницу чудовищных видений смерти. Рождённые в сорочке словно защищены от худшего: они выходят из ритуала травмированными, но в здравом уме (посвящённые при рождении даже не помнят его — сомнительная милость, всё равно обходящая согласие). Рекрут, не рождённый в сорочке и посвящённый по ошибке, должен пройти проверку Выдержка + Решимость со сложностью 7; за каждый пункт провала он получает один аггравированный урон Силе Воли, а выведенный им из строя навсегда сходит с ума или впадает в кататонию. Этот жестокий ритуал готовит будущего Бенанданти к пробуждению Побуждения: даже забытая травма усиливает ужас любой встречи с призраком, а обучение новицио обычно довершает дело.

Бенанданти полагаются на два предмета, жизненно важных для работы с духами: сорочку и фенхелевый меч. Сорочка открывает доступ к Экстазису; в идеале её сохраняют с самого рождения Бенанданти. После смерти владельца сорочка сохраняет связь с загробным миром: в прежние века сорочки умерших сжигали, чтобы ими не завладели призраки, но сегодня, при нехватке рекрутов, наследие прилагает все усилия, чтобы вернуть и сберечь сорочки павших собратьев. Открытая призракам и загробному миру, сорочка быстро превращается в жуткий сморщенный лоскут плоти; её сушат, консервируют в спирте или формальдегиде, заливают смолой — а у смертных она вызывает отвращение и неудобные вопросы на границе.

Каждый Бенанданти обязан сам изготовить свой фенхелевый меч, позволяющий разить призраков, как существ из плоти: собрать стебли фенхеля достаточной длины, связать их в «меч», а на закате после связывания войти в царство мёртвых через Хождение духом, держа меч при себе, — так меч попадает в загробный мир вместе с хозяином и обретает сверхъестественные свойства.

В терминах правил большинство Бенанданти осваивают дарования: грань «Экстазис» (вариант «Чувства сверхъестественного») с перками «Глаза разоблачённого» (Eyes of the Unhooded) и «Хождение духом» (Spirit Walking), а со временем — грань «Фенхелевый меч» (вариант «Артефакта») с перком «Удар по тени» (Strike the Shade), выковывая собственное оружие. Наследие маленькое и сплочённое, поэтому многие берут предысторию Наставник (Mentor) и предание «Добрые ходоки».

Большинство Бенанданти узнают об Охоте от своей сапиенцы, неизменно передающей одержимость призраками из поколения в поколение. Тлеющие недели дают новицио и молодым Бенанданти возможность пообщаться с ветеранами наследия — хотя с каждым разом их приходит всё меньше.

Проводник наследия — Связанный (The Bound), призрак. Считается, что горстка Бенанданти по всему миру задержалась после смерти, чтобы делиться знаниями с будущими поколениями: они привязаны к местам или предметам, передаваемым от сапиенцы к новицио. Бенанданти, оставшиеся Связанными, — редкость среди редкостей; обычно так поступают, чтобы искупить провал на Охоте или сохранить знание, слишком редкое для обычных путей передачи. Благодаря Связанным наследие владеет ритуалами и преданиями, недоступными почти никому из охотников, — но это и уязвимость. Человеческому духу не положено задерживаться после смерти: все Связанные рано или поздно сходят с ума или озлобляются, нападая на охотника или снабжая его ложными сведениями. Хранителей учат следить за признаками, но заметить их вовремя удаётся не всегда. Старшие Бенанданти намеренно скрывают само существование Связанных — и от чужих охотников, которые сочли бы их добычей, и от собственных новичков: многим о Связанных не рассказывают, пока они сами не станут сапиенцами.

Бенанданти знают: жизнь скоротечна, и счастливый финал никому не обещан. Многие меряют успехи и неудачи сделанным со времени прошлых Тлеющих недель — и тем, что ещё успеют завершить до следующих. Многие ищут новицио, которому можно передать мудрость, чтобы битва с маланданти продолжилась.

Многие Бенанданти верят, что грядёт расплата — время, когда мёртвые захлестнут земли живых, и лишь Добрые ходоки смогут сдержать волну проклятых и спасти мир от гибели. Верящие в это легендарное пророчество ожидают, что в последней битве Бенанданти падут — победят они или проиграют. На кону этих последних Тлеющих недель — судьба всего человечества.